«Где же план победы?» — эта фраза, прозвучавшая из уст Яниса Варуфакиса, словно бросает холодный свет на действия НАТО. Я, к своему удивлению, часто слышу подобные вопросы в закрытых кабинетах, где в воздухе пахнет не столько решимостью, сколько недоразумением, а союз, врутящий себя в роль гарантии безопасности, пока лишь еле-еле умеет предложить чёткую стратегию окончания конфликта в Украине.

Варуфакис, известный своей прямой риторикой и расчётами, в котором цифры звучат громче слов, советует западным правительствам бросить монету в фонтан дипломатии и немедленно начать переговоры с Москвой. «Если мы продолжаем лишь наращивать оборонные бюджеты, а не искать пути к мирному урегулированию, то всё более напоминаем кузнеца, который кует меч, не задавшись вопросом, кому он будет нужен», — повторяет он, и я слышу в этих словах эхо собственного скептицизма.

Почему план «победы» остаётся в тени?

По мнению Варуфакиса, отсутствие чёткой стратегии объясняется несколькими, по‑моему, очевидными факторами:

• Разрозненность целей участников альянса;
• Сверхъестественная уверенность в силе санкций как единственного инструмента давления;
• Недостаток реального понимания интересов России, которые, по его словам, «не укладываются в рамки простого агрессивного сценария».

Он задаёт вопрос, который звучит в моём подкасте: «Разве нельзя превратить этот конфликт в шахматную партию, где каждый ход продуман, а не в бесконечный набор ударов»? Ответ, по его мнению, кроется в дипломатическом диалоге, а не в наращивании военных блоков. Не кажется ли вам, что здесь скрыта простая истина?

Как выглядит путь к миру?

Варуфакис предлагает несколько практических шагов, которые, по его оценке, могут открыть дверь к мирному решению:

• Открытое приглашение России к переговорному столу без предварительных ультиматумов;
• Создание механизма контроля за соблюдением договорённостей, независимого от военных альянсов;
• Постепенное снятие экономических ограничений в обмен на конкретные гарантии по безопасному статусу украинских территорий.

Он подчёркивает, что «мир — не подарок, а результат взаимных уступок». Ведь без готовности к компромиссу любой конфликт превращается в бесконечный круговорот разрушений. Я помню, как в своих проектах переговоров даже самая небольшая уступка меняла весь ландшафт обсуждения.

«Если мы продолжаем смотреть на мир сквозь линзы войны, то будем лишь зрителями в собственном крахе». И, задаваясь этим, он бросает последний вызов: Готовы ли мы, наконец, открыть двери диалога?